Образ Петра в поэме «Медный всадник»

Отношение автора к Петру I

«Петровская» тема занимает очень большое место в творчестве А. С. Пушкина. Еще в детстве поэт был погружен в атмосферу семейных воспоминаний об эпохе Петра Великого. Один из предков Пушкина по отцовской линии был казнен за участие в стрелецком заговоре 1697 г. Его прадедом по материнской линии был знаменитый «арап Петра Великого» — Ганнибал.

Столь несхожие судьбы предков, вероятно, стали причиной двойственного отношения Пушкина к Петру I. В исторических заметках, многих произведениях поэт называет его одновременно «вечным работником» и беспощадным деспотом, «северным исполином» и «самовластным государем». Особенно интересна следующая мысль Пушкина: «Петр I… доверял своему могуществу и презирал человечество, может быть, более, чем Наполеон».

Петровской эпохе поэт посвятил стихотворения «Стансы», «Пир Петра Великого», поэму «Полтава», неоконченный роман о Ганнибале и незавершенный исторический труд «История Петра Первого». Особое место в этом ряду занимает «Медный Всадник», в котором двойственный образ царя-реформатора очень ярок.

Величие Петра

«Вступление» к «Медному Всаднику» представляет собой экскурс в героическое прошлое и торжественный гимн первому российскому императору. Пушкин был убежденным сторонником государственного развития России, поэтому он с огромным уважением описывает могучую фигуру Петра, погруженного в «думы великие».

Образ петра в поэме медный всадник

Государь показан в момент решения о начале строительства Петербурга. Новая столица России была заложена в таком месте, где о строительстве не могло быть и речи: «на мшистых, топких берегах». Однако Петр I руководствуется государственными масштабами и смотрит далеко в будущее. Город призван стать «окном в Европу» и местом, откуда «грозить мы будем шведу».

Время доказало верность прогнозов Петра Великого. Основанный им город «вознесся пышно, горделиво», затмив собой прежнюю столицу — Москву. «Град Петров» стал настоящей гордостью страны и одним из ее главных символов. При этом Петербург олицетворяет собой победу созидательной деятельности человека над природной стихией.

Данный во «Вступлении» образ императора — сугубо положительный. Это великий исторический деятель, мудрец и государственный устроитель. Совершив невозможное, выдающийся государь получил право на заслуженный отдых («вечный сон»).

Деспотический лик Петра

В поэме дух великого монарха фантастическим образом воплощается в своем памятнике — Медном Всаднике. При этом совершенно исчезают его человеческие качества. Остается лишь безмолвная непоколебимая фигура, обращенная при первой встрече спиной к «ничтожному» Евгению. В этом пренебрежении к «мелким» людским страданиям отражается негативный характер преобразовательной деятельности Петра I.

Пушкин, естественно, был крайне осторожен в высказывании своих мыслей, однако не смог избежать цензурного запрета «Медного Всадника». В кульминационной сцене «бунта» Евгения высказан ряд прозрачных намеков на несправедливость и деспотизм Петра Великого.

Медный Всадник «неподвижно возвышается» над «волнами хищными», т. е. самодержец был абсолютно равнодушен к человеческим жертвам. Его «медная глава» символизирует полное отсутствие сострадания.

Петербург был основан по «воле роковой». Петр I был убежден в своей мудрости и даже не допускал мысли о возможности ошибки. В результате основание города обошлось слишком дорогой ценой, за которую до сих пор приходится расплачиваться человеческими жизнями.

В величественное описание Медного Всадника («Какая дума на челе!») закрадывается горькая авторская ирония. Тревожный вопрос Пушкина («Куда ты скачешь, гордый конь, и где опустишь ты копыта?») напрямую обращен к покойному монарху. С помощью «узды железной» император «поднял на дыбы» страну и спас ее от падения в «бездну». Но если в петровскую эпоху крутые меры и «писаные кнутом» законы были суровой необходимостью, то к настоящему времени они стали тормозом для дальнейшего развития. Абсолютистский характер самодержавия был заложен именно Петром I. Гениальный государь все же не смог предугадать, к чему приведет его чрезмерное увлечение деспотическими методами правления.

Погоня за Евгением Медного Всадника — символ устойчивости беспощадного деспотизма. Дух Петра I продолжает незримо царить в царской России, освящая собой самые бесчеловечные формы русской самодержавной власти.